Ложь и исторические преступления

Правда должна стать исторической неизбежностью прогресса

Если проследить историческое развитие человеческих сообществ, мы обычно достаточно четко выделяем четыре основных этапа развития: первобытный строй, сельскохозяйственные общины, эру индустриализации и наконец информационное общество.

Первобытный строй. Производственные силы - собственные мышцы, средство производства и главное богатство - некоторое оружие и одежда, свободная территория. Преступление - вред роду.

Племена родственников бродят по планете и выживают как могут. Нет никаких писаных законов, конечно, как и постоянных межплеменных. Каждый род живет согласно с инстинктами и возможностями здравого смысла. Убивать своего глупо, потому что чем нас больше, тем мы сильнее. Красть нечего - все общее, а какие-то личные мелочи быстро обнаружится, кто украл, потому что все живут вместе, поэтому и смысла нет. Ограбить другое племя - это хорошо, но трудно. Убивать чужого можно сколько угодно. Только смотри, чтобы он вместо этого не убил тебя и выгода от его убийства не стала тебе слишком дорого. Пока на планете хватает пищи и места, убивать других людей нет смысла. Когда становится тесновато и голодновато, убить другого - это доблесть в глазах рода, как минимум - ничего плохого, обычное дело. Убийство родственника конечно большой грех и наказывается чаще всего изгнанием, если конечно узнают, кто убил.

Сельскохозяйственные общины. Производственная сила - человек, средство производства и главное богатство - плодородная земля. Преступление - убийство.

Надо много работать тяпкой, строить дома и наживать вещи. Каждый трудоспособный человек превращается в инструмент, способный приносить князю-феодалу прибыль. Поэтому постепенно начинают появляться законы, запрещающие убийство. Конечно убийство феодала значительно более тяжелый грех, чем убийство простого крестьянина, но и крестьян убивать уже нехорошо, и за это налагается наказание. Однако жизнью детей никто сильно не обеспокоен - они еще неработоспособные, растить их стоит ресурсов. Обычное дело избавляться от лишних, «отдавать в науку» ремесленникам и монастырям, продавать калек на княжеский двор, а то и просто где-то оставлять. Само собой ребенок должен работать, как сможет и сколько надо. Кражи тоже постепенно становятся преступлением, однако на этом этапе еще достаточно мало регулируются законодательством. Большое преступление украсть у князя, а сами между собой как-то там разбирайтесь общинами. Общины разбирались и справлялись с этим кто как мог с помощью устных правил совместного проживания и старосты в качестве судьи.

Индустриальная эпоха. Производственные силы - техника и обученный человек, средство производства и главное богатство - технологии, станки, заводы, сырье. Преступление эры - кража.

Уже совсем понятно, что каждый человек - это потенциальный доход, даже если на него нет свободной (сельскохозяйственной) земли. Убийство и воровство (воры) представляют собой угрозу обществу, ибо уменьшают количество создателей прибыли и лишают их мотивации работать (накапливать вещи). Убийство считается страшным преступлением, развивается уголовное законодательство и полиция. Кража тоже становится достаточно тяжелым преступлением, разрабатывается под это законодательство и создается дополнительный штат полиции. Под конец эры индустриализации и с падением рождаемости становится выгодным заботиться обо всех рождающихся детях как о будущих источниках дохода. Начинают появляться детские дома. Дети постепенно перестают быть производительной силой, потому что не имеют соответствующих навыков, и должны учиться. В конце эпохи даже принимается декларация прав детей (1959).

Информационное общество. Производственные силы - образованный человек, средство производства и главное богатство - информация. Преступление эры - ложь.

Убийство уже - страшное античеловечное преступление, воры - низы общества, но их нужно понимать и перевоспитывать. Дети - цветы жизни и все лучшее для них. К таким последствиям привели пищевой достаток, падение рождаемости, неспособность детей работать и необходимость длительного обучения, чтобы иметь возможность работать.

На первый план нерешенных проблем времени выходит ложь как важное преступление против Информации. Если информация - главное средство производства и главное богатство, то ее искажение, ложь, логично становится основным преступлением времени. Образованный человек как основная производственная единица, если в сумме его знаний содержится значительная доля лживой, недостоверной информации, оказывается бракованным средством производства и может таким образом производить в основном брак. Как испорченный станок производит бракованные детали, как с гнилого семени не вырастет урожай, так и искаженная информация не даст полезной информационной продукции.

Таким образом мы видим, как общественная мораль в обертке Закона меняется под влиянием практических жизненных реалий. То, что объективно не выгодно сообществу, становится преступлением, даже если до того было обычным, нормальным или даже хорошим. Еще столетие назад никому бы не пришло в голову жалеть вражеских солдат, ведь это видите ли тоже люди. Наши бабушки регулярно топили котят, а мы теперь стараемся скорее их стерилизовать. Это не значит, что наши предки были злее или безнравственнее нас. Это значит, что человеком руководит прежде всего необходимость, закон джунглей, и он может себе позволить быть добрым и моральным лишь настолько, насколько имеет возможность.

Ранее ложь никогда не была общественно важной и общественно наказуемой. Конечно тиран мог убить своего подчиненного за что угодно, но мог и не обратить внимания - «все воруют и все врут». Конечно в сборниках законов была статья «не врать на суде», но почти никогда по ней никого не наказывали - не до таких мелочей, когда не хватает ресурсов справиться с серьезными делами. С коммерческой ложью, то есть мошенничеством, начали бороться не так давно и по остаточному принципу. И то потому, что это разновидность воровства, - наносит подданным материальный ущерб, но с другой стороны этот вред они наносят себе вроде бы и сами, так как сами позволили себя обмануть. Поэтому будет свободное время у законников - расследуют дело, нет - значит потерпевшие «сами дураки». Наказывается факт нанесения материального ущерба, а не собственно ложь. Еще одним видом лжи, которая действительно наказывалась, была измена жены мужу. За этим мог следовать развод, избиение, или даже смерть в некоторых странах. Прежде всего в тех странах, где разрешено многоженство. Но причины таких законов чисто биологические - защита мужчинами своих биологических интересов, чтобы растить своих собственных потомков, а не чужих. Вот и здесь сам факт лжи имеет ничтожный вес.

Правда як історична невідворотністьСовсем другой вес должен обрести факт лжи в информационном обществе. Логично и закономерно она достигнет статуса отдельного и весьма тяжелого преступления. Сначала станет наказуемым преступлением ложь общественно значимая (политическая, экономическая, финансовая, идеологическая), которая повлекла за собой или могла повлечь значительные последствия.

Ее источники - политики, чиновники, эксперты и так называемые лидеры общественного мнения (ЛОМ), вряд ли окажутся в тюрьме из-за тренда смягчения физических наказаний. Сейчас уже не убивают убийц и не отрубают ворам руки. Но будут нести финансовую ответственность, и по крайней мере будут лишаться доступа к широким аудиториям. Впрочем, если дела в цивилизации пойдут достаточно плохо, возможен период, когда таких будут и закрывать в тюрьмах на некоторое время.   

Затем придет очередь лжи регионального и местных уровней. И в конце концов широкие народные массы начнут воспринимать ложь как нечто действительно плохое, и сами станут отписываться и подвергать остракизму лжецов. Значительно возрастет количество жалоб и исков собственно за ложь. Как сейчас неприлично иметь в друзьях убийц и воров, так когда-то будет считаться недостойным иметь в друзьях даже бытовых лжецов.

Здесь стоит обратить внимание на два момента. Во-первых, введение новых принципов законности и нравственности будет происходить как всегда сверху. Это обусловлено тем, что те, кто наверху, хотят - не хотят, а должны заботиться об общественном. Их собственное благополучие и власть зависят от общественного, потому как они живут за общественный счет. Есть общий избыток - есть за что жировать верхам, уменьшается общий избыток - жди грызни в верхах за остатки, а то и низовой революции. Есть независимая страна - есть власть у верхов, теряется независимость - власть захватывает внешняя сила, а местные элиты становятся в лучшем случае подотчетными чиновниками. А у тех, кто внизу, опция «беспокоиться об общественном» по умолчанию отключена. Потому что их благополучие зависит прежде всего от их собственной конкретной работы. И да, эта работа отнимает достаточно много сил и времени, чтобы его хватило еще и на попытки следить и разбираться, что же там происходит на общественных и мировых уровнях, куда все идет или куда должно идти. А если такое время найдется, и создастся понимание, то не хватит рычагов влияния и информационной мощности. Поэтому изменения общественных основ происходили, и произойдут по крайней мере еще раз, сверху.

Во-вторых, сейчас никто из наших блогеров, лидеров общественного мнения (ЛОМ), тем более еврооптимистов, не только не предсказывает таких изменений в оценке и наказании лжи, но и наоборот, называют мои мысли наступлением на свободу слова, обоснованием диктатуры, просто ерундой или даже фашизмом, как сейчас заведено. Это, понятно, вызвано страхом перед россией, ее тоталитарным контролем информации с одной стороны, и западными стереотипами о законности с другой стороны. Мы не имеем права закрывать кому-то рот, даже если точно знаем, что он лжет, потому что свобода слова сейчас священная корова. Это современный постулат и современное табу. Да, мы запретили российские каналы, и это хорошо, но из-за войны, а не из-за лжи. Да, мы запрещаем въезд в Украину российским художникам, но потому, что они враги, а не потому, что врут. Да, мы хотели бы запретить Интер, но потому, что он подыгрывает врагу, а не потому, что врет.

Я хочу подчеркнуть, что современные люди, даже лидеры мнений, не усматривают преступления во лжи как таковой, и тем более не считают, что ложь должна наказываться. Сравните с: убийство - априори преступление и должно быть наказано. Все причины убийства могут быть только смягчающими обстоятельствами, но не оправданием убийства как такового. Кража - априори преступление и должна быть наказана. Причины кражи могут быть смягчающими обстоятельствами вплоть до сочувствия вору, но не оправданием кражи как таковой. Ложь - это вообще не преступление, а так, что-то не очень нравственное, да и то далеко не всегда. Наказана может быть только очень важная и тяжелая ложь, которая вызвала финансовые убытки, и то, когда такое бывало? Ведь «каждый имеет право на собственное мнение» и «у каждого своя правда» и вообще «свобода слова».

Такое отношение ко лжи свидетельствует о том, что информационная эра еще и не думала наступать.

О наступлении информационной эпохи будут свидетельствовать изменения социального строя и общественной морали.

Такое отношение ко лжи свидетельствует о том, что информационная эра еще и не думала наступать, хотя много оптимистов уже давно и радостно провозглашают мол мы уже живем в информационном обществе. Но где там. Мы только начинаем подниматься к нему на порог. Отношение ко лжи, преступлению информационной эпохи, наглядно это демонстрирует. Когда кузнецы ковали мечи и подковы, это еще не был индустриальный век. Когда появились первые ткацкие станки в Англии, индустриальная эра лишь только начиналась. О наступлении информационного века не говорит появление первых компьютеров, ни первых смартфонов, даже первых социальных сетей. О наступлении информационного века будут свидетельствовать изменения социального строя и общественной морали.

Итак, зафиксируем для истории. Несмотря на то, что причину успеха российской агрессии видят прежде всего во лжи (пропаганде), никто из ЛОМ не призывает к наказанию за ложь. Самое большее, что они могут себе позволить, это призывать к борьбе с платными троллями, но если физический человек - ЛОМ сознательно врет, с этим решительно ничего не поделаешь, потому что свобода слова и фашизм. Неизвестно, впрочем, в чем заключается преступление работы за деньги, - все работают за деньги. В самой по себе работе за деньги нет ничего плохого. Может быть преступление заключается в сознательном распространении лжи за материальную выгоду (зарплату)? Но и физические люди - ЛОМ сознательно лгут не бесплатно, а ради каких-то материальных выгод. Ради получения политической власти, или аудитории для заказных статей и монетизации ютубо-просмотров. И выгода их почти всегда значительно больше тех зарплат, что получают платные тролли. Но трогать их нельзя, потому что свобода слова. Трогать имеется в виду всего лишь удалять ложь и банить аккаунты, потому что ни о чем больше сегодня речь вообще идти не может. Даже за лишить Интер лицензии будет не так уж много голосов, и то из-за войны, а не из-за лжи.

Однако наступление на ложь уже начинается, и начинается оно сверху. Потому что власти, как уже было сказано, во-первых вынуждены защищаться, во-вторых могут. И в-третьих, как бы там ни было, имеют меньше предрассудков и стереотипов, чем широкие народные массы и те из их представителей, которые пытаются «быть впереди» благодаря провозглашению «я такой же, как вы и выражаю ваше мнение, чтобы вам нравиться». Здесь придется сделать еще одно отступление, чтобы не сложилось ложного впечатления будто я считаю власть имущих умнее хотя бы среднего класса. Нет, дело в том, что элиты близки к источникам власти, а следовательно просто знают, как ложь идеология устроена и умышленно распространяется, чтобы убаюкать массы, и каким образом дела обстоят на самом деле. То есть они просто напросто ближе к реальности, лишены тех стереотипов, которые восприняли массы, и между прочим радостно и охотно восприняли. Настолько, чтобы тех, кто хочет открыть им глаза, обзывать преступными типами, которые как минимум хотят лишить ребенка веры в Деда Мороза.

Но власть уже начинает наступление на ложь. И хотя пока это всего лишь самозащита, а не принципиальное изменение, это хорошая новость. Испугавшись Трампа, Брексита и России, немецкая власть принимает такие меры:

Социальная сеть Facebook готовит меры по борьбе с распространением ложных новостей в Германии перед выборами в Бундестаг, которые состоятся осенью. Об этом сообщает Associated Press. Так, социальная сеть объявила о сотрудничестве с медиа-компанией Correctiv, которая займется проверкой фактов в распространяемых в Германии через Facebook новостных сообщениях. Американская корпорация намерена в дальнейшем подключить к этой работе и другие журналистские организации. Кроме того, планируется упростить для пользователей в Германии процедуру подачи жалоб на ложные новости. Также газета Rheinische Post сообщила о планах властей Германии усилить меры противодействия распространению в социальных сетях ложной информации и комментариев, разжигающих ненависть.

Принципиальное в этой новости то, что речь идет не о платных троллях, не об опровержении отдельных случаев обмана отдельных журналистов, или о судебном преследовании клеветы. Речь идет о лжи как таковой, о предотвращении распространения ложных новостей, о начале создания соответствующих органов и введения наказаний. Принципиальным вопросом является скорость принятия решения и удаления лжи. Потому что пока кто-то там подаст в суд, пока там те суды будут идти, все уже давно о том деле забудут, а свое негативное влияние ложь уже успеет причинить сполна. Объектами наказания должны стать аккаунты и физические лица по той же причине - пока будет удалена одна ложь, клиент успеет распространить еще с десяток. Еще полтора года назад Гугл объявлял о начале разработки платформы «быстрой проверки подлинности новостей». Но что-то об этом больше ничего не слышно. Конечно, наступление на ложь только начинается, поэтому мы много еще будем рассуждать на эту тему.

Дальше: каким может быть наше будущее.